?

Log in

Previous Entry | Next Entry

В живописи термин «натюрморт» относится четко к определенному жанру: это изображения сгруппированных предметов, играющие либо чисто декоративную роль, либо призванные навести на глубокие размышления о природе жизни и смерти. Натюрморт же на заре фотографии не имеет столь четкого определения. Многие первые фотографы пытались имитировать традиции натюрморта в живописи – создать композиции из фруктов, птиц и других предметов в стиле голландской живописи. Однако по мере усиления роли фотографии элементы, относящиеся к фотонатюрморту, изменились. Таким образом, термин «натюрморт» можно было бы на законных основаниях отнести к широкому разнообразию фотопрактик, включая всевозможные предметы, композиции из гипса, этюды с изображением отдельных предметов, а также более традиционные натюрморты.

У первых фотографов время экспозиции измерялось часами, несколько лет спустя оно исчислялось минутами, поэтому для получения отпечатка было необходимо, чтобы предмет долгое время оставался неподвижным, неодушевленные предметы составляли удачно сгруппированные композиции. Такой практический подход объясняет причину популярности натюрморта у изобретателей фотографии: многие из них проводили эксперименты в данном жанре, в том числе Луи-Жак-Манде Дагер (1787-1851), Уильям Генри Фокс Тальбот (1800-1877) и Ипполит Байар (1807-1887).



Луи-Жак-Манде Дагер. «Мастерская». Дагерротип. 1837 г.


В 1850-е гг. идея принадлежности фотографии к изящным искусствам становилась все более популярной. Фотографы пользовались тем, что натюрморт предоставляет наибольшие возможности управления фотографируемым предметом и освещением. В натюрморте главную роль играла ком-позиция, а не просто набор предметов. Данный жанр также позволяет использовать объективный процесс фотографии с долей символизма и метафоры. Фотография Томаса Ричарда Уильямса (1824-1871) «Пески времени» – своеобразное повторение вековой практики живописной аллегории. Сыплющийся песок в часах символизирует конечность жизненного пути, книга, источник почерпнутых знаний, наряду с компасом олицетворяет грусть, а сам компас говорит о зрелости. При создании этой фотографии Уильямс придерживался живописных традиций, и она скорее нашла бы отклик, будучи вывешенной в музее изобразительных искусств или в изысканных кабинетах аристократов, но стала доступна более широким массам благодаря распространению стереофотографии. Стереоскоп был самым массовым развлечением того времени, «телевизором XIX века». Особенно ценились снимки достопримечательностей, фотографии из далеких стран, обнаженная натура и нравоучительные сюжеты.



Томас Ричард Уильямс. «Пески времени». Стереоскопический дагерротип. Ок. 1855 г.


Внедрение Джорджем Истменом портативных камер Kodak в 1888 году делает фотографическую съемку достоянием широчайшего круга потребителей-непрофессионалов. Профессионалы до 1910-х годов увлекаются пикториальной фотографией с ее сложными техниками печати, мягкой оптикой и еще большим подражанием живописи. Основные сюжеты – портрет и пейзаж, немногочисленные натюрморты продолжают использовать прежние классические сюжеты.

В то же время, начиная с 1890-х годов, скульптор и дизайнер Карл Блоссфельдт снимал разные части растений на самодельные камеры большого формата. Растения всегда располагались на нейтральном фоне и освещались рассеянным равномерно направленным дневным светом. 6000 изображений составили огромный технический черно-белый гербарий, холодный и четкий, который создавался как учебное пособие. И только благодаря Карлу Нирендорфу в 1926 г. прошла первая выставка фотографий Блоссфельдта, а затем вышла книга «Праформы искусства». Сам фотограф не осознавал ничего новаторского в своих работах, но очерки о растениях очаровали представителей авангарда того времени и до сих пор оказывают влияние на фотографов, представляющих как традиционное, так и концептуальное направление. Фотограф-любитель, свободный от законов ремесла или норм искусства, был открыт для нового способа восприятия, тонко почувствовал язык времени, который соответствовал характеру рационалистической эпохи, что сделало его одним из влиятельных фотографов «новой объективности».



Карл Блоссфельдт. Из книги «Праформы искусства». 1926 г.


На рубеже XX века фотографы-пикториалисты доказали, что фотография является полноправным самостоятельным видом искусства. Подразумевалось, что фотография могла быть посвящена сама себе – снимку и процессу создания изображений. Фотографы интерпретировали это новое абстрагирование, используя различные подходы: технические, фигуральные, духовные и экспериментальные.
Начало XX века ознаменовалось достижениями в области науки и техники. Изменилась жизнь – изменилось искусство, пришло время модернизма – машинной эстетики.

В 1920 году Эдвард Стайхен (1879-1973) использовал сочетание палладиевой печати и процесса цианотипии для создания серии абстрактных модернистских изображений. «Если бы можно было фотографировать предметы так, чтобы они говорили о чем-нибудь еще, удавалось бы придавать этим весьма буквальным фотографиям абстрактный смысл». Он составлял натюрморты, используя предметы быта для воспроизведения объема, масштаба и веса, и экспонировал их в течение одного или двух дней. Работа «Пространственно-временной континуум» предназначена для представления теории относительности Эйнштейна. Лист с кажущимся клинописным текстом в действительности представляет собой набор слесарных шаблонов для механизмов замков, использованный для создания настроения абстрактного символизма.



Эдвард Стайхен. «Пространственно-временной континуум». Палладиотипия и цианотипия. 1920 г.


Чешский фотограф Яромир Функе (1896-1945), подобно Стайхену, оставил свои мягкофокусные пикториалистические пейзажи ради демонстрации более модернистского видения. Первоначально он фотографировал четко сфокусированные натюрморты, и, подавляя пространственные перспективы, а также используя игру света и тени, создавал абстрактные гармонические построения предметов в пространстве. Впоследствии он упростил свои работы еще больше, исключив фотокамеру и создавая фотограммы.



Яромир Функе. "Композиция". Серебряная печать. 1923 г.


Ман Рэй (1890-1976) хотел отразить собственное видение на фотограммах. В дадаистской манере он назвал их «райографиями» и в период с 1922 до 1928 года создал серию, используя предметы быта – увеличительные стекла, сигареты, мотки проволоки, лезвия для бритья, – передвигая их во время экспонирования и изменяя освещение. Лирически абстрактные, но узнаваемо репрезентативные, они проницательно охватывали как дадаистский принцип найденного предмета, так и сказочную абсурдность сюрреализма.



Ман Рэй. «Райография». Серебряная печать. 1922 г.


Наряду с экспериментами в Европе, в США 1910-х годов возникает потребность «позволить фотографиям выглядеть как фотографии». Таким образом возникает «прямая фотография», где акцент переносится с печатного процесса на съемочный, на непосредственную связь с реальностью.

Место художественному натюрморту нашлось и у фотографов-документалистов. Так, Тина Модотти (1896-1942), итальянка по рождению, большую часть творческой карьеры провела в Мексике. Погрузившись в обстановку мексиканского авангарда, она создала серьезный фотоархив мексиканской культуры и политики в послереволюционный период, она стремилась уравновесить раздвоенность между эстетикой и политикой. Творчество Модотти стало существенной частью авангардного движения.
Ее лаконичные натюрморты с помощью эмоциональных, политически мотивированных образов способствовали повышению информированности общества о мексиканских революционных идеалах.



Тина Модотти. «Патронташ, кукуруза, гитара». 1927 г.




Тина Модотти. «Мексиканское сомбреро с серпом и молотом». 1927 г.


Другой представитель прямой фотографии – Эдвард Уэстон (1886-1958), первые эксперименты которого относятся к середине 1920-х, периоду его совместной работы с Тиной Модотти в Мехико. Его фотографию «Перец #30» называют образцом американского модернистского натюрморта. Перец снят на чистом фоне и заполняет почти весь кадр. Из приземленного овоща Уэстон превращает его в объект глубокого созерцания. Фотограф мастерски использует естественный свет, подчеркивая скульптурный силуэт перца, и притягивает взгляд зрителя к его волнообразным изгибам, обрамленным бархатными тенями. Его изящный антропоморфный вид напоминает обнаженные женские формы



Эдвард Уэстон. «Перец #30». Серебряная печать. 1930 г.


Одним из первых натюрморт как портрет человека использовал Андре Кертес (1894-1985). В 1926 году он познакомился с Питом Мондрианом и начал создавать серию снимков живописцев и их мастерских. «Я инстинктивно пытался схватить в моих фотографиях сам дух его картин. Он упрощал, упрощал, упрощал».



Андре Кертес. «Трубка и очки Мондриана». Серебряная печать. 1926 г.


Сразу после окончания Второй мировой войны в Европу вернулась фотография как художественное выразительное средство, поскольку фотографы все чаще предпочитали отходить от непосредственно документальной традиции. Вместо того, чтобы использовать фотокамеру для бесхитростной фиксации внешних реалий, они использовали ее для того, чтобы формулировать свое очень личное видение, абстрагируясь от того, как выглядит мир вокруг них.

Йозеф Судек (1896-1976) занимался фиксацией глубоко личных переживаний. Одинокий и замкнутый человек, для которого фотография стала средством диалога с миром. В своих некоммерческих работах он намеренно вернулся к устаревшим фотографическим методам, отдавая предпочтение естественному освещению, громоздким крупноформатным фотоаппаратам и контактным отпечаткам.



Йозеф Судек. «В мастерской». 1944-1954 гг.

Контраст между красотой скульптуры и уродством на снимке «Гипсовая голова» передает идею униженности и оскорбления. Судек всегда остро переживал утрату красоты, ощущал мимолетность времени и хрупкость повседневной реальности. «Мне нравится находить в жизни неодушевленных объектов нечто загадочное, вроде седьмой грани игральной кости… Фотография любит повседневные вещи, а я люблю жизнь этих вещей».



Йозеф Судек. «Гипсовая голова». 1945 г.


Гарольд Эджерон (1903-1990) был в первую очередь ученым и изобретателем, а потом уже фотографом. В 1931 году он изобрел стробоскоп и использовал его впоследствии для «остановки движения». И хотя его работы изначально имели научный характер, он создавал изображения, приятные с эстетической точки зрения, вошедшие в классику художественной фотографии.



Гарольд Эджерон. «Пуля калибра 0,30, пронзающая яблоко». 1964 г.


Отталкиваясь от давней живописной традиции натюрморта, Ирвинг Пенн (1917-2009) нашел свой собственный фотографический взгляд на предмет, благодаря чему стал одним из самых почитаемых мастеров этого жанра в XX столетии. Он привнес модернистскую чувственность в представление о натюрморте, и его подход кажется сегодня классическим. Несмотря на это, его темперамент и остроумие продолжают шокировать и восхищать как в редакционных съемках для Vogue, так и в поздних работах, где он исследует кости, мусор и окурки.



Ирвинг Пенн. «Послеобеденные игры». 1947 г.